Особенности защиты в делах, связанных с коррупционными преступлениями

Особенности защиты в делах, связанных с коррупционными преступлениями

Особенности защиты в делах, связанных с коррупционными преступлениями

Руководитель практики уголовного права GENTLS Дмитрий Титаренко и управляющий партнер Олег Громовой рассказывают об опыте защиты должностных лиц в уголовных производствах.

 

Представители правоохранительных органов стремятся как можно чаще сообщать о раскрытии, задержаниях и о других успехах в сфере противодействия коррупции как одной из самых болезненных общественных проблем. В условиях набирающей обороты предвыборной гонки количество уголовных производств по коррупционным преступлениям, вероятно, будет расти. Учитывая это, следует иметь в виду некоторые особенности коррупционных преступлений, с которыми связана специфика работы адвоката при защите клиентов в таких делах.

Исчерпывающий перечень девятнадцати преступлений, которые считаются коррупционными, приведен в примечании к ст. 45 Уголовного кодекса Украины (далее - УК). Опираясь на собственную практику, считаем, что наиболее распространенными и одновременно сложными из них могут считаться следующие:

1) Злоупотребление властью или служебным положением (ст. 364 УК);

2) Злоупотребление полномочиями должностным лицом юридического лица частного права независимо от организационно-правовой формы (ст. 364-1 УК);

3) Принятие предложения, обещания или получение неправомерной выгоды должностным лицом, или в прошлом - «взяточничество» (ст. 368 УК);

4) Незаконное обогащение (ст. 368-2 УК);

5) Подкуп должностного лица юридического лица частного права независимо от организационно-правовой формы (ст. 368-3 УК);

6) Предложение, обещание или предоставление неправомерной выгоды должностному лицу (ст. 369 УК);

7) Злоупотребление влиянием (ст. 369-2 УК).

Большее внимание особенностям конкретных составов таких преступлений мы уделим в ближайших публикациях, сейчас предлагаем сосредоточиться на их общих чертах. Статус коррупционного преступления существенно усложняет позицию защиты, поскольку для нее сразу сужаются определенные возможности.

Так, в коррупционных преступлениях законом исключены почти все случаи освобождения обвиняемого от уголовной ответственности. Для стороны защиты  это означает, что если на досудебном следствии не удается добиться закрытия дела в связи с отсутствием состава преступления, то уже нет альтернативного пути в виде освобождения от уголовной ответственности на основании искреннего раскаяния, примирения с потерпевшим, передачи на поруки или изменения обстановки.

В коррупционных преступлениях единственной возможностью освобождения от уголовной ответственности законодатель оставляет такое основание как истечение сроков давности, то есть ситуацию, когда со дня совершения преступления и до дня вступления приговора в законную силу прошло от двух до пятнадцати лет, в зависимости от тяжести преступления. На практике такое основание может применяться крайне редко из-за длительности сроков давности.

Положение обвиняемого еще больше усложняется из-за того, что при назначении наказания за коррупционное преступление он не может рассчитывать также и на так называемый «условный срок», что на самом деле определяется статьей 75 УК как освобождение от отбывания наказания с испытанием. По делам обо всех других преступлениях, кроме коррупционных, суд на основании указанной нормы ст. 75 УК, при назначении наказания в виде лишения свободы на срок не более 5 лет мог с учетом обстоятельств дела и личности обвиняемого (например, учитывая отсутствие у него судимости, хорошую характеристику, общественные заслуги в прошлом) освободить лицо от фактического заключения, возложив на него обязанность выполнять определенные действия в течение испытательного срока. Как правило, такой обязанностью было регулярное посещение органа по вопросам пробации по месту жительства, в остальное время осужденный оставался свободным, если не совершал других преступлений после приговора.

Конечно, и полное, безусловное освобождение от отбывания наказания, предусмотренное ст. 74 УК, для коррупционеров также полностью исключено, в то время как для других преступлений оно возможно, если суд придет к выводу, что обвиняемого нельзя считать общественно опасным лицом из-за его безупречного поведения и добросовестного отношения к труду.

Иногда на практике все же встречаются случаи освобождения от наказания по коррупционным преступлениям с назначением «условного срока», если это наказание  предусмотрено письменным соглашением обвиняемого с прокурором о признании вины. Однако законность подобных приговоров вызывает большие сомнения и они являются скорее исключением, чем правилом.

Итак, печальный вывод для осужденных за коррупционное преступление заключается в том, что они не могут рассчитывать на любое освобождение от отбытия наказания. Это означает, что даже если суд признает достаточным сроком для наказания, например, один год лишения свободы, то коррупционеру все равно придется этой год фактически отбыть в уголовно-исполнительном учреждении.

Осужденные за коррупционные преступления не могут также рассчитывать и на назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено в статье, а также на условно-досрочное освобождение от наказания ранее, чем через две трети фактического его отбытия.

Как видим, законодатель закрепил принципиально жесткое отношение к коррупционным преступлениям, учитывая которое, стратегия и тактика адвокатов в соответствующих делах тоже имеет определенные особенности.

Обычно, работая с подозреваемым, адвокат изначально вместе с ним определяет стратегию защиты. Избираются базовые положения: либо полностью отвергать обвинения, надеясь на закрытие производства прокурором или на оправдательный приговор суда, или уменьшать возможные тяжелые для клиента последствия, рассчитывая на более мягкое наказание.

Закрытие уголовного производства или оправдательный приговор, очевидно, является «программой максимум» для защиты, как и в других делах, которые не относятся к коррупционным. Существенных различий в достижении этой цели нет, обычно следует уделять внимание допустимости доказательств обвинения и тому, доказывают ли они виновность подзащитного вне разумного сомнения. Можно выделить такую особенность, как случаи с обвинением по ст. 368 УК, где может иметь место доказательство стороной защиты факта провокации правоохранительными органами получения неправомерной выгоды («взятки»), что, учитывая практику Европейского суда по правам человека, иногда может спасти дело.

В том же случае, когда с клиентом согласовывается дальнейшая работа на уменьшение возможных негативных последствий от признания его виновным в совершении коррупционного преступления, могут быть использованы различные средства.

Один из возможных вариантов для защиты - анализировать и указывать стороне обвинения и суду на необходимость изменения квалификации деяния с коррупционного на «некоррупционное» преступление, т.к. это позволило бы избежать всех вышеуказанных ограничений. При этом если прокуратура упорно продолжает обвинять в коррупционном преступлении, суд с учетом проведенной защитой работы, вынося приговор, вправе выйти за пределы обвинения и квалифицировать его действия по «некоррупционным» статьям УК. Например, если чиновника обвиняют в злоупотреблении властью (ст. 364 УК), но он признает в этой ситуации свою вину в виде служебной халатности (ст. 367 УК), которая не является коррупционным преступлением, у него возникают шансы на освобождение от уголовной ответственности или от отбытия наказания с испытанием. В пользу защиты при этом играет то, что суд не может выходить за пределы обвинения, если это ухудшит состояние обвиняемого. То есть, хуже от разумных попыток изменения квалификации не станет.

Также можно отыскивать или создавать обстоятельства, смягчающие наказание. Возмещение вреда, способствование раскрытию преступления, раскаяние, примирение с потерпевшим в коррупционном преступлении не могут служить для освобождения от уголовной ответственности, но это не исключает возможности признания их обстоятельствами, смягчающими наказание, ведь суд согласно ст. 66 УК может признать такими обстоятельствами что угодно. Поэтому одной из рекомендаций лицу, которое не видит реальных перспектив быть оправданным, является максимальное устранение негативных последствий противоправного деяния, наполнение материалов дела доказательствами, которые увеличивают положительную характеристику личности. Для этого могут учитываться такие обстоятельства, как непривлечение лица к ответственности в прошлом, положительный карьерный путь, позитивные отзывы от авторитетных общественных организаций, в частности, военного или волонтерского направления.

Не стоит забывать и о том, что для коррупционных преступлений, так же, как и для других, в полной мере действуют обстоятельства, исключающие преступность деяния, перечисленные в главе 8 УК. В контексте обвинения в коррупционном преступлении иногда могут быть применены такие из этих обстоятельств, как выполнение приказа или распоряжения, деяния, связанное с риском, физическое или психическое принуждение, крайняя необходимость.

Так, во время предоставления правовой помощи одному из должностных лиц по обвинению в злоупотреблении властью ст. 364 УК мной для защиты было удачно применено понятие «деяние, связанное с риском». В этом деле распорядитель бюджетных средств получил за 15 дней до конца бюджетного года миллионную субвенцию на строительство котельной для обогрева важного социального объекта. В случае неиспользования этих средств до конца года, они должны были быть возвращены в бюджет. Очевидно, что вовремя выполнить проектные и капитальные строительные работы за такой короткий срок невозможно, а отопление объекта было бы сорвано на неопределенный срок, ведь во второй раз неиспользованную субвенцию учреждению уже могли бы и не предоставить. Это понимал и подрядчик, который не желал начинать работы без гарантий оплаты. Поэтому обвиняемый рискнул подписать акты выполненных работ с подрядчиком заранее, чтобы казначейская служба провела платеж, а строительство было начато. При этом обвиняемый хранил подписанные акты у себя, максимально уменьшив этим риск того, что подрядчик, получив средства, уклонится от фактического выполнения работ. Во время уголовного производства мы ссылались на то, что обвиняемый рисковал, чтобы достичь значительной общественно полезной цели и эффективно использовать бюджетные средства по назначению. В конце концов, эта стратегия защиты оказались успешной и способствовала закрытию дела.

В целом, практика показывает, что защита от обвинений в коррупционных преступлениях является более сложной, однако возможной, если как можно более широко использовать все возможности для защиты интересов клиента.